Потерпевший по делу о драке с участием Фёдора Смолова подробно изложил свою версию начала конфликта и оценил поведение футболиста. Владимир Кузьминов, признанный потерпевшим по уголовному делу, рассказал, что изначально никакой ссоры между ним и бывшим нападающим сборной России не было — инцидент, по его словам, разгорелся буквально из одной реплики.
По делу в пятницу проходит судебное заседание, на котором рассматривается ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении Смолова в связи с примирением сторон. Ранее вопрос планировалось рассмотреть 1 апреля, однако заседание перенесли по просьбе прокурора. Сторона обвинения настояла на личной явке Кузьминова, чтобы суд мог выслушать его позицию напрямую, а не через представителей.
Сам инцидент произошёл в мае 2025 года. В ходе конфликта Фёдор Смолов нанёс Кузьминову удар кулаком в лицо, что и стало основанием для возбуждения уголовного дела. При этом потерпевший подчёркивает: до момента удара между ними не было затяжной ссоры или взаимных оскорблений, всё развилось стремительно и, по его оценке, во многом на эмоциях.
Кузьминов рассказал, что в то утро он вместе со знакомыми приехал в кафе просто позавтракать и обсудить предстоящую выставку. Компания, по его словам, вела себя спокойно, сосредоточившись на деловом разговоре. Спустя некоторое время в том же заведении появилась компания Смолова. Тогда Кузьминов ещё не знал, что за соседним столиком находится известный футболист, и узнал об этом уже позже.
По словам Кузьминова, компания Смолова вела себя заметно громче, чем остальные посетители, но открытого конфликта это не вызывало. Ситуация кардинально изменилась, когда в кафе подошла женщина и обратилась к компании футболиста с просьбой угостить её спиртным — в частности, шампанским. Именно с этого эпизода, как считает потерпевший, и началась цепочка событий, приведшая к драке.
Кузьминов утверждает, что Смолов проявил готовность заплатить за алкоголь, предложив оплатить счёт дважды. Однако один из знакомых Кузьминова вежливо отказался, произнеся: «Спасибо, бро, мы сами справимся». Эта, на первый взгляд, безобидная фраза вызвала резкую реакцию футболиста. По словам потерпевшего, Смолов сначала развернулся, чтобы уйти, но затем остановился, вновь повернулся к столу и в эмоциональной форме задал вопрос: «Какой я тебе бро? Какого хрена ты со мной на «ты» разговариваешь?».
Именно этот момент Кузьминов считает отправной точкой конфликта. Он подчёркивает, что с его стороны намерения оскорбить или перейти границы субординации не было, а словосочетание «бро» использовалось как разговорная форма, без негативного подтекста. Однако футболист воспринял обращение как проявление фамильярности и неуважения.
Отвечая на вопрос о состоянии Смолова в тот момент, Кузьминов отметил, что ему показалось: от футболиста исходил запах алкоголя. При этом он подчеркнул, что не может профессионально оценить степень опьянения, а делится лишь личным впечатлением от того, как вёл себя спортсмен в кафе. В дальнейшем именно этот аспект — наличие или отсутствие алкогольного опьянения — мог стать одним из факторов, который суду пришлось учитывать при оценке обстоятельств дела.
После инцидента, по словам Кузьминова, Смолов предпринял шаги к урегулированию конфликта. Потерпевший рассказал, что футболист передал ему извинения сначала через своего представителя, а затем извинился лично во время очной ставки в рамках следственных действий. Кузьминов подчеркнул, что эти извинения он принял и не настаивает на дальнейшем уголовном преследовании спортсмена.
Отдельно Кузьминов сообщил, что финансовая сторона конфликта также была урегулирована. По его словам, он получил от Смолова компенсацию в размере четырёх миллионов рублей. Об этом ранее заявляла и адвокат футболиста Варвара Кнутова. Потерпевший отмечает, что считает этот размер компенсации достаточным и более не имеет имущественных претензий к нападающему.
На заседании суда Кузьминов подтвердил: он не настаивает на наказании для Смолова, заинтересован в окончательном примирении и прекращении уголовного дела. Такая позиция потерпевшего является ключевым условием для удовлетворения ходатайства о прекращении дела по примирению сторон. Однако окончательное решение остаётся за судом, который оценивает не только волю участников конфликта, но и общественную значимость произошедшего.
С юридической точки зрения примирение в подобных делах возможно, если обвиняемый возместил ущерб, загладил вред и потерпевший не возражает против прекращения преследования. В данном случае адвокаты Смолова настаивают, что все эти критерии соблюдены: принесены извинения, выплачена значительная денежная компенсация, а сам конфликт носил ситуативный характер и не был заранее запланирован.
При этом история получила резонанс не только из-за обстоятельств драки, но и в силу статуса фигуранта. Фёдору Смолову 36 лет, он известен как один из самых результативных российских нападающих своего поколения. В его активе титул чемпиона России в составе «Краснодара», а также два завоёванных Кубка России вместе с московским «Локомотивом». Игрок долгое время выступал за национальную сборную, что усилило внимание к любым инцидентам с его участием.
Ситуация вокруг дела наглядно демонстрирует, насколько репутационные риски велики для публичных людей. Любой конфликт в общественном месте, особенно с физическим насилием, сразу выходит за пределы личной истории и становится предметом обсуждения. Для спортсмена подобные эпизоды чреваты не только уголовно-правовыми последствиями, но и ударом по имиджу, контрактам и отношению болельщиков.
История с дракой в кафе показывает и то, насколько быстро незначительная, на первый взгляд, фраза может перерасти в серьёзный инцидент. Обращение на «ты», использование разговорного «бро», эмоциональная реакция в ответ, вероятное влияние алкоголя — всё это в сумме превращает обычный бытовой эпизод в уголовное дело. Юристы нередко подчёркивают: именно такие «мелочи» кладут начало конфликту, который затем уже сложно остановить.
Для самого Кузьминова, судя по его словам, ключевым стало не столько стремление наказать известного футболиста, сколько получить компенсацию и зафиксировать, что его права были нарушены. Принятие извинений и отказ от дальнейших претензий он объясняет тем, что считает инцидент конфликтом, который можно считать исчерпанным после извинений и выплаты компенсации. Это также повлияло на его желание не затягивать уголовное разбирательство.
Для Смолова, напротив, завершение дела по примирению сторон может стать шансом минимизировать последствия истории. Отсутствие приговора и статуса судимого, официальное примирение с потерпевшим и признание вины в мягкой форме обычно воспринимаются обществом куда менее болезненно, чем длительный конфликт и отказ идти на контакт. Тем более, что для профессионального спортсмена любой суд может сказаться и на спортивной карьере, и на перспективе будущих контрактов.
Ожидается, что суд, выслушав Кузьминова, оценит, насколько добровольным и осознанным является его согласие на примирение, не оказывалось ли на него давление и полностью ли заглажен причинённый вред. Только после этого будет принято решение — прекратить дело или продолжить его рассмотрение по существу. Таким образом, позиция потерпевшего, подробно изложенная им в суде, стала центральным элементом в судьбе уголовного дела против Фёдора Смолова.